673.—1871 года іюня 18-го дня. По кассаціонной жалобѣ дворянина Александра Айвазова на рѣшеніе Тифлисской Судебной Палаты.
(Предсѣдательствовалъ Первоприсутствующій Сенаторъ А. И. Войцеховичъ; докладывалъ дѣло Сенаторъ М. И. Любощинскій; заключеніе давалъ Товарищъ Оберъ-Прокурора А. Н. Сальковъ.)
Тифлисская Судебная Палата, разсмотрѣвъ по апелляціонной жалобѣ Александра Айвазова дѣло о взыскиваемыхъ имъ съ наслѣдниковъ Никиты Шахмурадова 1990 р., которые были увлечены покойнымъ его отцемъ Григорьевъ Айвазовымъ Дробышеву, по поручительству за Никиту Шахмурадова и независимо отъ сего 1134 р. 30 к. процентовъ на взыскиваемую сумму, нашла, что на основаніи ст. 1562 т. Х. ч. 1 поручительство должно быть положительно выражено на обязательствѣ. Между тѣмъ въ надписи Григорія Айвазова на условіи Дробышева съ Шахмурадовымъ выражено только, что по сему условію остальныя 2-т. р., если въ срокъ Шахмурадовъ не заплатить, и обязуюсь заплатить. По мнѣнію Палаты изъ этой надписи нельзя вывести заключенія, что Григорій Айвазовъ обязался заплатить Дробышеву 2-т. р. какъ поручитель, а не по какимъ либо другимъ отношеніямъ своимъ къ Шахмурадову. Указаніе истца на то, что Григорій Айвазовъ былъ только поручителемъ, не подтверждается ни условіемъ, ни росписками на ономъ объ уплатѣ, а другихъ доказательствъ Айвазовъ не представилъ. Айвазовъ, заявленный имъ отводъ, противъ выставленнаго отвѣткою стороною свидѣтеля Мякишева, ничѣмъ не подтвердилъ, а свидѣтель Манука Шахмурадовъ хотя и говоритъ о паѣ, проданномъ ему Айвазовымъ, но при этомъ дополнилъ, что деньги за этотъ пай заплачены Никитѣ Шахмурадову, съ которымъ Айвазовъ былъ домашнимъ товари-
— 1147 —
щемъ. Не входя затѣмъ въ подробное разсмотрѣніе объясненія отвѣтчиковъ и заявленій истца и ограничиваясь разборомъ дѣла въ предѣлахъ апелляціи, Судебная Палата, на основаніи ст. 772, 778 и 868 Уст. Гр. Суд., утвердила рѣшеніе Тифлисскаго Окружнаго Суда объ отказѣ въ искѣ Александру Айвазову, который проситъ отмѣнить рѣшеніе Палаты по нарушенію ст. 1536, 1538, 1556 и 1562 т. Х. ч. 1 и ст. 409 и 456 Уст. Гр. Суд.
Выслушавъ заключеніе Товарища Оберъ-Прокурора, Правительствующій Сенатъ находитъ, что Александръ Айвазовъ проситъ отмѣнить рѣшеніе Тифлисской Судебной Палаты по нарушенію ст. 1536, 1538, 1556 и 1562 т. Х. ч. 1 и ст. 409 и 456 Уст. Гр. Суд. Нарушеніе сихъ законовъ проситель видитъ въ томъ: 1) Палата, признавая, что поручительная надпись должна заключать слово ручаюсь, неправильно и въ нарушеніе ст. 1536, 1538, 1556 и 1562 т. Х. ч. 1 истолковала сдѣланную его отцемъ Григоріемъ Айвазовымъ надпись на обязательствѣ, выданномъ Никитою Шахмурадовымъ Дробышеву. 2) Въ Окружномъ Судѣ и въ Судебной Палатѣ заключеніе по дѣлу давалъ Товарищъ Прокурора Карицко, а Палата, въ отступленіе отъ ст. 409 Уст. Гр. Суд., приняла въ соображеніе показаніе свидѣтелей и 3) Судебная Палата, въ нарушеніе ст. 456 Уст. Гр. Суд., оставила безъ разсмотрѣнія представленное имъ въ доказательство иска письмо Шахмурадова и свидѣтельство, что отецъ его былъ Казначеемъ Тифлисскаго Уѣзднаго Казначейства съ 1856 г. по 14 Декабря 1864 г. Изъ соображенія жалобы Айвазова съ обстоятельствами дѣла и законами оказывается: 1) Поручительство по ст. 1554 т. Х. ч. 1 есть особый видъ обезпеченія исправнаго исполненія договоровъ и обязательствъ. Въ поручительной надписи на обязательствѣ должны быть съ точностью изъяснены всѣ условія поручительства, т. е. принимается ли оно въ части долга или во всей суммѣ, на срокъ или въ платежѣ безъ срока (ст. 1556, 1557 и 1562 т. Х. ч. 1), такъ какъ надпись эта опредѣляетъ не только объемъ, но и время наступленія самой отвѣтственности. Въ сихъ видахъ и дабы не смѣшивать поручительства съ другого рода обязательствами, которыми одно или нѣсколько лицъ принимаютъ на себя отвѣтственность за исполненіе другимъ лицомъ извѣстныхъ опредѣленныхъ дѣйствій, въ поручительной надписи означается: ручаюсь во всей суммѣ или части на срокъ, или въ платежѣ безъ срока. Въ надписи, учиненной Григоріемъ Айвазовымъ на условіи Никиты Шахмурадова съ Дробышевымъ о покупкѣ и продажѣ лошадей съ повозками, о поручительствѣ не говорится, въ ней выражено только, что онъ, Айвазовъ, обязуется заплатить остальныя по условію 2-т. р., если Шахмурадовъ въ срокъ не заплатитъ. Въ виду показаній свидѣтелей, что въ обязательствѣ Шахмурадова съ Дробышевымъ, Айвазовъ участвовалъ не какъ поручитель, а какъ негласный участникъ въ содержаніи вмѣстѣ съ Шахмурадовымъ почтовой станціи, Палата нашла, что по буквальному смыслу надписи Айвазова нельзя заключить, что онъ обязался заплатить по обязательству Шахмурадова какъ поручитель, а не по какимъ либо другимъ отношеніямъ къ сему послѣднему. Такое толкованіе Палатою буквального смысла обязательной надписи Айвазова на домашнемъ договорѣ Шахмурадова съ Дробышевымъ, касаясь существа дѣла, не подле-