643.—1871 года іюня 4-го дня. По кассаціонной жалобѣ повѣреннаго потомственнаго почетнаго гражданина Артемія Измирова, Коллежскаго Ассесора Сулханова, на рѣшеніе Тифлисской Судебной Палаты.
(Предсѣдательствовалъ Первоприсутствующій Сенаторъ А. И. Войцеховичъ; докладывалъ дѣло Сенаторъ М. В. Польновъ; заключеніе давалъ Товарищъ Оберъ-прокурора Н. В. Граве.)
На разсмотрѣніе Тифлисской Судебной Палаты поступило дѣло о духовномъ завѣщаніи почетнаго гражданина Даніила Измирова, составленномъ 20 Мая 1867 г. и противъ котораго, по смерти завѣщателя, былъ предъявленъ споръ почетнымъ гражданиномъ Артеміемъ Измировымъ. Разсмотрѣвъ это дѣло, Судебная Палата нашла, что требованіе истца Артемія Измирова о признаніи означеннаго завѣщанія недѣйствительнымъ основывается во первыхъ, и главнымъ образомъ на томъ, что оно составлено завѣщателемъ не въ здравомъ разсудкѣ, и во вторыхъ на нарушеніи въ завѣщаніи законовъ, изложенныхъ въ статьяхъ 1026, 1063 и 1011 т. X ч. 1. Въ подтвержденіе умственнаго разстройства завѣщателя, истецъ указывалъ на сбивчивость и неисполнимость распоряженій, изложенныхъ въ завѣщаніи и ссылался на спросъ экспертовъ медиковъ. Въ этомъ отношеніи Палата нашла, что недѣйствительность завѣщаній, по причинѣ неспособности завѣщателей къ составленію вообще какихъ либо актовъ (ст. 1017 и 1019 т. X ч. 1) не можетъ быть поставлена въ зависимость отъ сущности и смысла завѣщанія, а должна быть доказываема иными документами или фактами, сопровождавшими составленіе завѣщанія. Завѣщаніе лица, признаннаго умалишеннымъ, можетъ заключать въ себѣ логическій смыслъ, но тѣмъ не менѣе оно недѣйствительно; точно также и завѣщаніе человѣка въ здравомъ умѣ можетъ быть написано безъ всякой логической связи, и вслѣдствіе того можетъ быть уничтожено по силѣ ст. 1026 т. X ч. 1, но не можетъ быть поводомъ къ признанію завѣщателя умопомѣщеннымъ. На семъ основаніи Палата не сочла нужнымъ входить въ обсужденіе сущности распоряженій завѣщателя для разрѣшенія вопроса о состояніи его умственныхъ способностей во время составленія имъ завѣщанія. Спросъ же экспертовъ Палата сочла излишнимъ, ибо показаніе ихъ по вопросу о томъ, бываютъ-ли случаи умопомѣшательства въ болѣзни, которою страдалъ завѣщатель,