527.—1871 года мая 5-го дня. По кассаціонной жалобѣ повѣреннаго дворянъ Павла и Сачино Чантуріевъ и попечителя послѣдняго священника Ивана Сибашвили, дворянина Луарсаба Лолуа, на рѣшеніе Тифлисской Судебной Палаты.
(Предсѣдательствовалъ Первоприсутствующій Сенаторъ А. И. Войцеховичъ; докладывалъ дѣло Сенаторъ Баронъ Н. Е. Торнау; заключеніе давалъ Товарищъ Оберъ-Прокурора А. Н. Сальковъ.)
Повѣренный Павла и Сачино Чантуріевъ, дворянинъ Лолуа, въ кассаціонной жалобѣ Правительствующему Сенату на рѣшеніе Тволисской Судебной Палаты по дѣлу объ отысканіи довѣрителями его изъ владѣнія Ваху Чантурія, по праву наслѣдства, части имѣнія умершаго, бездѣтнымъ, Сико Чантурія, проситъ отмѣнить оное по нарушенію смысла 1, 4, 251, 253 и 331 ст. Уложенія Царя Вахтанга отдѣленія Армянскихъ Законовъ, 2-го параграфа распоряженія Намѣстника Кавказскаго отъ 31 Марта 1860 г. и 9, 317, 339, 366, 706, 776 и 868 ст. Уст. Гр. Суд. По имѣнію просителя общій порядокъ наслѣдованія въ боковыхъ линіяхъ опредѣленъ въ приводимыхъ имъ статьяхъ законовъ Армянскихъ; статья же 113 законовъ собственно Царя Вахтанга устанавливаетъ исключительный случай, по которому предоставляется родственнику по отцѣ получить имѣніе умершаго бездѣтно лица, когда означенное лицо, выдѣлившееся отъ общаго имѣнія, присоединилось для жизни къ этому родственнику и умерло у него. Для примѣненія къ дѣлу этой исключительной статьи, необходимо, чтобы доказано было, что умершій присоединился къ родственнику и у него умеръ. Согласно постановленіямъ Уст. Гр. Суд., обязанность представленія доказательствъ по сему предмету лежала на отвѣтчикѣ Ваху Чантурій (ст. 366). Судебная Палата, указавъ въ рѣшеніи своемъ, что истцы не представили, по 317 ст. Уст. Гр. Суд., возраженій противъ заявленія Ваху Чантурія о томъ, что умершій Сико Чантурій жилъ совместно съ нимъ и у него умеръ, не опровергнула сихъ фактовъ и вовсе уклонились отъ объясненій по симъ обстоятельствамъ, нарушила симъ какъ 317, такъ и 335, 339, 772 и 366 ст. Уст. Гр. Суд., такъ какъ Палата освободила отвѣтчика отъ обязанности доказывать возраженія свои и въ то же время обвиняетъ истцовъ, что не-
— 919 —
опровергли такихъ недоказанныхъ возраженій. По мнѣнію просителя и этотъ послѣдній выводъ Палаты неправиленъ: онъ собственно на отрицаніи указанныхъ отвѣтчикомъ обстоятельствъ построилъ всю апелляціонную жалобу свою; въ ней онъ писалъ, что «при наличности фактовъ: а) что довѣрители его родные племянники умершаго Сико Чантурія, б) что Сико дѣйствительно оставилъ отысканенное довѣрителемъ его имущество и в) что имущество это находится въ исключительномъ владѣнія отвѣтчика,—искъ довѣрителей его представлялся доказаннымъ и отвѣтчикъ, возражавшій, что они будто-бы утратили свои наслѣдственныя права, былъ обязанъ доказать это возраженіе.» Далѣе проситель указываетъ, что Судебная Палата неправильно приняла въ соображеніе заявленія Ваху Чантурія о предоставленіи ему Княземъ Константиномъ Дадіанъ имѣнія брата его, Сико, по праву владѣтельнаго князя на выборочное имѣніе; подобное право владѣтеля уничтожено въ 1860 г. распоряженіемъ Кавказскаго Намѣстника. Наконецъ повѣренный Чантуріевъ находитъ нарушеніе 706, 776 и 868 ст. Уст. Гр. Суд., въ томъ, что Судебная Палата, безъ требованія стороны, возложила на довѣрителя его возвращеніе судебныхъ издержекъ апелляціоннаго производства.
По выслушаніи заключенія Товариша Оберъ-Прокурора, Правительствующій Сенатъ не усматриваетъ въ рѣшеніи Тволисской Судебной Палаты по настоящему дѣлу нарушенія указываемыхъ просителемъ законоположеній. Изъ производства дѣла видно, что Павелъ и Сачино Чантурія первоначально основывали право свое на часть наслѣдства изъ имѣнія Сико Чантурія на общихъ законахъ Имперіи, и когда Ваху Чантурій доказывалъ свое право, согласно постановленіямъ мѣстныхъ законовъ Царя Вахтанга, то истцы не возражали противъ выставленнаго отвѣтчикомъ факта совмѣстнаго жительства съ нимъ Сико Чантурія и смерти сего послѣдняго у него,—фактъ, который единственно могъ служить основаніемъ для примѣненія къ дѣлу приведенной Ваху Чантуріемъ 113 ст. Грузинскихъ Законовъ Царя Вахтанга, просили о рѣшеніи дѣла на основаніи Армянскихъ законовъ Уложенія Царя Вахтанга, заключающихъ въ себѣ общія положенія о правахъ наслѣдства въ боковыхъ линіяхъ и требовали въ виду представленныхъ ими доказательствъ, согласно съ сими законоположеніями о ихъ правѣ на наслѣдство послѣ Сико Чантурія, чтобы Ваху Чантурій съ своей стороны доказалъ, что они истцы право это утратили. Такимъ образомъ ни въ исковомъ прошеніи, ни въ апелляціонной жалобѣ, ни при состязаніи сторонъ, истецъ не заявлялъ положительнаго возраженія противъ факта совмѣстнаго жительства Сико Чантурія съ братомъ своимъ Ваху и смерти перваго у послѣдняго; напротивъ того, указаніе въ кассаціонной жалобѣ повѣреннаго истцовъ, что довѣрители его заявляли о томъ, что, кромѣ одного простаго «присоединенія Сико Чантурія къ родственнику по отцѣ и смерти у него, требуются еще другія условія», доказываютъ, что они означенный фактъ совмѣстнаго жительства не отрицали, а находили лишь недостаточнымъ для пріобрѣтенія Ваху Чантуріемъ правъ на имущество по 113 ст. Уложенія Царя Вахтанга (по отдѣлу Грузинскихъ Законовъ). Въ виду сего Тифлисская Судебная Палата, разсудивъ по предоставленному суду праву, что истцы не доказали возраженій своихъ, не допустила нарушенія