195.—1871 года февраля 17-го дня. По кассаціонной жалобѣ повѣреннаго дворянина Константина Пащенко, Коллежскаго Секретаря Стефана Кириленко, на рѣшеніе Зеньковскаго Мироваго Съѣзда.
(Предсѣдательствовалъ Первоприсутствующій Сенаторъ А. И. Войцеховичъ; докладывалъ дѣло Сенаторъ А. Е. Матюнинъ; заключеніе давалъ Товарищъ Оберъ-Прокурора Н. В. Граве.)
Коллежскій Секретарь Кальщицкій обратился къ Мировому Судьѣ съ прошеніемъ въ которомъ объяснялъ, что Титулярный Совѣтникъ Павелъ Пащенко получилъ отъ матери своей, вдовы Корнета Софьи Пащенковой, по роспискѣ, выданной 26 Января 1840 г., въ счетъ слѣдуемой ему отъ нея по наслѣдству части имѣнія, 1500 р. ассигн., между тѣмъ половина этихъ денегъ слѣдуетъ ему, Кальщицкому, такъ какъ онъ признанъ наслѣдникомъ къ половинной части имѣнія Софьи Пащенковой и рѣшеніемъ Правительствующаго Сената, до котораго въ апелляціонномъ порядкѣ доходило дѣло по спору о наслѣдствѣ, предоставлено ему право начать искъ объ этихъ деньгахъ судебнымъ порядкомъ. Посему, представляя копію съ рѣшенія Правительствующаго Сената и росписку Павла Пащенко, Кальщицкій просилъ взыскать съ наслѣдниковъ умершаго Павла Пащенко половину полученной симъ послѣднимъ отъ матери его, въ счетъ наслѣдства, суммы, т. е. 314 р. 79 к. съ процентами до удвоенія капитала. Вслѣдъ затѣмъ Кальщицкій обратилъ искъ свой лишь на одного изъ наслѣдниковъ Павла Пащенко, Константина Пащенко, прося взыскать съ него причитающуюся на его долю часть 296 руб. 22½ коп., въ отношеніи же къ остальнымъ наслѣдникамъ Кальщицкій свое требованіе прекратилъ. Возражая противъ сего иска, повѣренный Константина Пащенко заявилъ сомнѣніе въ подлинности представленной Кальщицкимъ росписки, почему просилъ подвергнуть ее, согласно 107 ст. Уст. Гр. Суд., изслѣдованію, и сверхъ того опровергалъ эту росписку тѣмъ, что она потеряла всякую силу и значеніе за истеченіемъ земской давности. Разсмотрѣлъ это дѣло, Мировой Съѣздъ нашелъ: 1) что росписка, выданная Павломъ Пещенко, по самому содержанію своему не составляетъ какого либо самостоятельнаго акта, а служитъ только доказательствомъ выполненія части договора, бывшаго между Пащенками, и должна быть признана платежною роспискою (ст. 1550 и 2054 Т. Х ч. 1); 2) что сила давности, по точному смыслу 1549 ст. 1 ч. Х т., не можетъ быть распространяема на платежныя росписки, которыя послѣ выдачи въ дальнѣйшемъ не требуютъ никакого исполненія съ чьей либо стороны; 3) что заявленіе отвѣтчикомъ сомнѣнія въ подлинности сей росписки не заслуживаетъ уваженія, такъ какъ: а) самъ Павелъ Пащенко не заявлялъ никакого сомнѣнія по сему предмету при прежнемъ порядкѣ производства дѣла, когда оно восходило на разсмотрѣніе Правительствующаго Сената и б) повѣренный Пащенко не уполномоченъ, вопреки 250 ст. Уст. Гр. Суд., на заявленіе сомнѣнія въ подлинности письменныхъ актовъ, и 4) что