653.—1870 года мая 7-го дня. По кассаціонной жалобѣ купеческаго сына Николая Баранова на рѣшеніе Калужскаго Мироваго Съѣзда.
(Предсѣдательствовалъ Первоприсутствующій Сенаторъ А. Я. Войцеховичъ; докладывалъ дѣло Сенаторъ А. К. Матюшинъ; заключеніе давалъ Товарищъ Оберъ-Прокурора Н. В. ГРАВЕ.)
Купецъ Иванъ Евстратовъ предъявилъ у Мироваго Судьи искъ къ купеческому сыну Баранову объ убыткахъ, нанесенныхъ ему чрезъ потраву въ Августѣ 1867 г. скотомъ Баранова. Перемышльскій Мировой Съѣздъ, по разсмотрѣніи сего дѣла, руководствуясь 684 ст. X т. 1 ч., а также приложеніемъ 31 ст. Полож. о Губерн. и Уѣздн. по крест. дѣламъ учрежд. (т. IX по прод. 1863 г.), утвердилъ рѣшеніе Мироваго Судьи, коимъ присуждено было взыскать съ Баранова въ пользу Евстратова 50 р. Вслѣдствіе принесенной на рѣшеніе Съѣзда купцомъ Барановымъ кассаціонной жалобы, Правительствующій Сенатъ, 15 Мая 1869 г. нашелъ, что повѣренный отвѣтчика Баранова, опровергая требованіе истца и возражая противу рѣшенія Мироваго Судьи, въ апелляціонной жалобѣ своей ссылался въ особенности на 436 ст. X т. 1 ч. и доказывалъ, что за силою содержавшагося въ сей статьѣ постановленія о свободномъ пользованіи для прогоннаго скота пашенныя земли по снятіи съ оныхъ хлѣба, устранялось самое право истца на искъ о вознагражденіи. Однако въ рѣшеніи Съѣзда вовсе не обращено вниманія на это существенное возраженіе отвѣтчика и никакого сужденія по оному не изъяснено. Признавая, что симъ упущеніемъ нарушены 129, 131 и 694 ст. Уст. Гр. Суд., въ силу коихъ судъ не долженъ оставлять безъ обсужденія требованія и возраженія тяжущихся, Правительствующій Сенатъ отмѣнилъ рѣшеніе Перемышльскаго Мироваго Съѣзда и передалъ дѣло на разсмотрѣніе Съѣзда Калужскихъ Мировыхъ Судей. По обсужденія дѣла Калужскій Мировой Съѣздъ нашелъ, что хотя 436 ст. X т. 1 ч. изд. 1857 г. и разрѣшала пускать прогоннежный скотъ, для безплатнаго довольствія кормомъ, на луга по скошеніи травы, и на пашенныя земли по снятіи хлѣба; но такъ какъ потрава луга, принадлежащаго Евстратову, произведена гуртомъ Баранова при существованіи уже позднѣйшаго узаконенія, изъясненнаго въ приложеніи къ 31 ст. Пол. о Губ. и Уѣзди. учрежд. по продолж. 1863 г. къ т. IX и предоставляющаго владѣльцу право на полученіе вознагражденія за потраву полей и луговъ, то въ виду сего узаконенія, вышеобъясненная 436 ст. не можетъ уже утверждать правъ Баранова на безплатное довольствіе своего гурта по угодьямъ, принадлежащимъ стороннему лицу; въ чемъ Мировой Съѣздъ убѣждается еще болѣе тѣмъ, что статья эта самимъ законодателемъ признана несостоятельною и вовсе отмѣнена 30 Октября 1867 г. Хотя же отмѣна эта послѣдовала и послѣ факта совершенія потравы, но тѣмъ не менѣе, при существованіи вышеуказаннаго прилож. къ 31 ст., она нисколько не ослабляетъ правъ купца Евстратова на вознагражденіе за вредъ и убытки, причиненные ему потравою его луга гуртомъ Баранова. На основаніи сихъ соображеній, Мировой Съѣздъ опредѣлилъ: взыскать съ Баранова въ пользу Евстратова 50 р. На это рѣшеніе Калужскаго Мироваго Съѣзда купеческій сынъ Барановъ принесъ кассаціонную жалобу, въ которой доказываетъ, что дѣло подлежало разрѣшенію по 436 ст.
— 1151 —
т. X ч. 1., такъ какъ она отмѣнена только 30 Октября 1867 г., а событіе, о которомъ идетъ дѣло, произошло въ Августѣ того же года. Купецъ же Евстратовъ, въ представленномъ противъ кассаціонной жалобы объясненіи, проситъ рѣшеніе Мироваго Съѣзда, какъ правильное, оставить въ силѣ, указывая на то, что законъ изображенный въ 436 ст., до отмѣны своей, дозволялъ только пускать прогонный скотъ, для довольствія, на луга, прилегающіе къ большимъ дорогамъ, въ разстояніи на версту, до Троицына дня, а къ проселочнымъ противъ сего вполы—не позже 1 Сентября; отава же Евстратова, по которой Барановъ прогналъ гуртъ, находится въ такой мѣстности, вблизи коей ни большой, ни проселочной дорогъ не прилегаетъ, и при томъ прогонъ гурта допущенъ былъ Барановымъ въ Августѣ мѣсяцѣ 1867 года, т. е. не въ указанное поминутымъ закономъ время.
Выслушавъ заключеніе Товарища Оберъ-Прокурора, Правительствующій Сенатъ находитъ: Калужскій Мировой Съѣздъ рѣшеніе свое по настоящему дѣлу основалъ собственно на томъ соображеніи, что хотя 436 ст. 1 ч. X т. изд. 1857 г. и разрѣшала пускать прогоняемый скотъ, для безплатнаго довольствія кормомъ, на лугахъ—по скошеніи травы, а на пашенныя земли—по снятіи хлѣба, но такъ какъ потрава луга, принадлежащаго Евстратову, произведена гуртомъ Баранова при существованіи уже позднѣйшаго узаконенія, изъясненнаго въ прил. къ 31 ст. Пол. Губ. Уѣзди. учрежд. по прод. 1863 г., и предоставляющаго владѣльцу право на полученіе вознагражденія за потраву полей и луговъ, то въ виду сего узаконенія, статья 436-я не можетъ уже утверждать правъ Баранова на безплатное довольствіе своего гурта по угодьямъ принадлежащимъ стороннему лицу. Таковой выводъ нельзя признать правильнымъ. Тома 1-го въ Основныхъ Законахъ постановлено: ст. 65—«законы должны быть исполняемы по точному и буквальному смыслу оныхъ, безъ всякаго измѣненія, или распространенія», и ст. 72-я «законъ сохраняетъ свое дѣйствіе, доколѣ не будетъ отмѣненъ силою новаго закона.» Правила для охраненія полей и луговъ отъ потравъ и другихъ поврежденій—помѣщены въ приложеніи къ 31 ст. IX т. по прод. 1863 г. При изданіи этихъ правилъ, ст. 436 1 ч. X т., касавшаяся исключительно до порядка довольствія прогоннаго скота, отмѣнена не была. Отмѣна ея въ законодательномъ порядкѣ послѣдовала лишь 30 Октября 1867 г. и, слѣдовательно, до сего времени узаконеніе, въ ней изложенное, въ силу вышеприведенныхъ основныхъ законовъ, сохранило свое обязательное дѣйствіе, къ ограниченію котораго не могли быть распространены правила, помѣщенныя въ означенномъ прилож. къ 31 ст. IX т. Отсюда ясно, что сущность спора возникшаго въ настоящемъ дѣлѣ требовала обсужденія именно въ томъ, на сколько требованія истца и возраженія отвѣтчика, сопровождавшіяся указаніемъ на 436 ст. 1 ч. X т., дѣйствовавшую во время событія, возбудившаго споръ, соответствуютъ условіямъ, непосредственно въ этомъ узаконеніи постановленнымъ; но Калужскій Мировой Съѣздъ уклонился отъ разрѣшеніи этого вопроса, не смотря на то, что Правительствующій Сенатъ, отмѣняя послѣдовавшее прежде по сему же дѣлу рѣшеніе Перемышльскаго Мироваго Съѣзда, прямо указалъ на то, что Съѣздомъ не было обращено вниманія—на существенное возраженіе отвѣтчика, на приведенной