366.—1870 года марта 18-го дня. По кассаціонной жалобѣ мѣщанина Сальникова на рѣшеніе Московскаго Столичнаго Мироваго Съѣзда.
(Предсѣдательствовалъ Первоприсутствующій Сенаторъ А. И. Войцеховичъ; докладывалъ дѣло Сенаторъ А. Е. Матюнинъ; заключеніе давалъ Товарищъ Оберъ-Прокурора Д. Б. Беръ.)
Мѣщанинъ Егоровъ, по довѣренности мѣщанина Рихтера, уполномоченнаго, съ
— 667 —
правомъ передовѣрія, торговымъ домомъ купца Корнѣева-Горшанова и К-о, заявилъ Мировому Судьѣ Прѣсненскаго участка г. Москвы словесную просьбу о взысканіи съ мѣщанина Сальникова 64 р. 26 к. за отпущенный ему отъ означеннаго торговаго дома боченокъ вина; при чемъ представилъ счетъ, на которомъ въ принятіи вина росписался сынъ Сальникова. Повѣренный отвѣтчика, Гуржа, оспорилъ искъ, отозвавшись, что деньги были уплачены при самомъ полученіи отпущеннаго вина, и что счетъ, подписанный несовершеннолѣтнимъ сыномъ отвѣтчика, не имѣетъ силы законнаго доказательства. Мировой Съѣздъ, разсматривавшій это дѣло по апелляціи Гуржи на рѣшеніе Судьи, принявъ на видъ, съ одной стороны, сознаніе отвѣтчика о полученіи вина отъ торговаго дома, а съ другой, отсутствіе доказательствъ объ уплатѣ за оное денегъ, тогда какъ на счетѣ, при которомъ доставлено было вино, выставлена была и стоимость его, въ чемъ не предстояло бы никакой надобности, еслибъ отпускъ вина состоялся за наличныя деньги,—опредѣлилъ: на основаніи 81, 82, 112 и 129 ст. Уст. Гр. Суд., и 2046 ст. 1 ч. Х т. взыскавъ съ Сальникова въ пользу истца торговаго дома 64 р. 29 к. и кромѣ того, согласно 462 ст. Уст. Гр. Суд., и 140 ст. Уст. о пошл., съ обѣихъ сторонъ по 3 р. 75 к. за написаніе счета на негербовой бумагѣ. На это рѣшеніе мѣщанинъ Сальниковъ принесъ кассаціонную жалобу, указывая на нарушеніе Съѣздомъ тѣхъ самыхъ статей, на коихъ основано его рѣшеніе, а также 46, 47 и 4 п. 142 ст. Уст. Гр. Суд., и 710 ст. 1 ч. Х т.
Сообразивъ жалобу просителя съ обстоятельствами дѣла и выслушавъ заключеніе Товарища Оберъ-Прокурора, Правительствующій Сенатъ находитъ, что ни одно изъ возраженій, приведенныхъ въ кассаціонной жалобѣ, не можетъ служить основаніемъ къ отмѣнѣ состоявшагося по настоящему дѣлу рѣшенія Съѣзда. Ст. 46 и 47 Уст. Гр. Суд., опредѣляющія порядокъ, въ которомъ тяжущіяся могутъ уполномочивать другое лицо на защиту ихъ интересовъ въ мировомъ судѣ, по мнѣнію просителя нарушены тѣмъ, что изъ рѣшенія Съѣзда не видно, на правахъ ли приказчика, или повѣреннаго мѣщанинъ Рихтеръ дѣйствовалъ при предъявленіи настоящаго иска; но изъ подлиннаго производства положительно явствуетъ, что Рихтеръ имѣлъ отъ торговаго дома купца Корнѣева-Горшанова довѣренность, установленнымъ, по ст. 47, порядкомъ засвидѣтельствованную, на ходатайство по всѣмъ его исковымъ дѣламъ въ мировыхъ установленіяхъ, и при томъ съ правомъ передовѣрія другому лицу. Такимъ образомъ, принятіе отъ повѣреннаго Рихтера, мѣщанина Егорова, настоящаго иска послѣдовало совершенно въ предѣлахъ закона, а слѣдовательно и возбужденное въ этомъ отношеніи сомнѣніе оказывается совершенно неосновательнымъ. Объясненіе же просителя, будто бы Съѣздъ, въ нарушеніе 4 п. 142 ст. того же Уст., не привелъ въ своемъ рѣшеніи никакихъ соображеній о достоинствѣ представленнаго истцомъ документа,—счета—не согласуется ни съ требованіемъ указаннаго просителемъ закона, ни съ самымъ содержаніемъ обжалованнаго рѣшенія. 4-й пун. 142 ст. опредѣляетъ, что рѣшеніе суда, въ окончательной его формѣ, должно заключать сущность рѣшенія и соображеній, на коихъ оно основано. И то, и другое, какъ видно изъ прописаннаго выше рѣшенія, Съѣздомъ выполнено. Обративъ вниманіе на указа-