9.—1869 года января 2-го дня. По кассаціонной жалобѣ крестьянина Владиміра Пулле на рѣшеніе Псковскаго Мироваго Съѣзда.
(Предсѣдательствовалъ Первоприсутствующій Сенаторъ А. П. Войцеховичъ; докладывалъ дѣло Сенаторъ В. П. Булыгинъ; заключеніе давалъ Товарищъ Оберъ-Прокурора И. Н. Николаевъ.)
Повѣренный Лифляндскаго крестьянина Владиміра Пулле, Подпоручикъ Глушанинъ, просилъ Псковскаго Мироваго Судью 6 участка взыскать съ крестьянина Симона Кунчъ 120 руб., взятыхъ симъ послѣднимъ, для приписки Пулле въ крестьяне Кулейской волости, чего Кунчъ не исполнилъ. Мировой Судья, разобравъ дѣло, и допросивъ выставленнаго истцомъ свидѣтеля, нашелъ, что Кунчъ, получа 80 руб. для расходовъ при ходатайствѣ о перечисленіи Пулле въ крестьяне Кулейской волости, сего обязательства не выполнилъ и не представилъ точнаго разсчета о дѣйствительномъ израсходованіи полученной суммы, объясняя голословно, что онъ предпринималъ разныя поѣздки по этому дѣлу. Изъ этихъ поѣздокъ истцомъ принято лишь три поѣздки на 16 руб. 40 коп., а потому Мировой Судья опредѣлилъ, на основаніи 81, 82, 103, 104 и 112 ст. Уст. Гр. Суд., взыскать съ Симона Кунчъ въ пользу Пулле 63 руб. 60 коп. По апелляціи Кунчъ дѣло это поступило на разсмотрѣніе Мироваго Съѣзда, который, принимая во вниманіе, что между истцомъ Пулле и отвѣтчикомъ Кунчъ не было заключено никакого письменнаго условія, по обязательству Кунчъ принять на себя ходатайство о перечисленіи Пулле къ Кулейскому обществу, и возникшій отъ неисполненія сего обязательства искъ основанъ, вопреки 1531, 1536 и 1538 ст. Х ч. 1 Зак. Гр., на словесномъ договорѣ между сторонами, противъ условій котораго предъявленъ со стороны отвѣтчика споръ, опредѣлилъ въ искѣ Пулле отказать. Въ принесенной на это рѣшеніе кассаціонной жалобѣ крестьянинъ Пулле объясняетъ, что онъ считаетъ рѣшеніе Съѣзда постановленнымъ вопреки: 1) 112 ст. Уст. Гр. Суд., ибо Кунчъ сознался въ полученіи 80 руб., а расхода этой суммы ничѣмъ не доказалъ, какъ это слѣдовало по 81 ст. того же Устава,—слѣдовательно, въ виду собственнаго сознанія отвѣтчика, не требовалось дальнѣйшихъ доказательствъ; 2) 131 ст. Уст. Гр. Суд., такъ какъ, ни въ апелляціонной жалобѣ, ни при разбирательствѣ дѣла у Мироваго Судьи ни одна изъ сторонъ не указывала на необходимость для рѣшенія дѣла письменнаго договора, посему Мировой Съѣздъ самъ возбудивъ вопросъ о договорѣ, вошелъ въ разсмотрѣніе предмета, не указаннаго ни истцомъ ни отвѣтчикомъ; 3) 81 и 129 ст. Уст. Гр. Суд., потому, что рѣшенія мировыхъ судей должны быть основаны на совѣсти, но не противорѣчить закону; а собственное сознаніе отвѣтчика вполнѣ доказывало его искъ, который посему подлежалъ удовлетворенію и по совѣсти и по закону; 4) кромѣ того, хотя Мировой Съѣздъ указываетъ на 1531, 1536 и 1538 ст. 1 ч. Х т. Зак. Гр., по коимъ требуется составленіе письменныхъ договоровъ, но 1535 ст. допускаетъ и словесные договоры. Въ данномъ случаѣ онъ довѣрилъ деньги на извѣстный предметъ, въ чемъ отвѣтчикъ сознался, слѣдовательно, это довѣріе могло быть сдѣлано словесно. Наконецъ если обратить вниманіе на ст. 83—128 Уст. Гр. Суд., въ коихъ указанъ цѣлый рядъ законныхъ