593.—1869 года іюня 3/15 чиселъ. По кассаціонной жалобѣ опекунши надъ своими малолѣтними дѣтьми, вдовы Коллежскаго Регистратора Анненковой на рѣшеніе Харьковской Судебной Палаты.
(Предсѣдательствовалъ Первоприсутствующій Сенаторъ А. И. Войцеховичъ; докладывалъ дѣло Сенаторъ М. О. Гедда; заключеніе давалъ Товарищъ Оберъ-Прокурора И. П. Николаевъ.)
По двумъ закладнымъ, совершеннымъ въ Курской Гражданской Палатѣ въ 1818 г. 4 Сентября и 9 Декабря, Поручикъ Александръ Анненковъ занялъ у Губернскаго Секретаря Видѣньева: по первой 15 тысячъ руб. ассигн. срокомъ на 4 года, и по второй 50 тысячъ руб. ассигн. срокомъ на три года за узаконенные проценты. По смерти Видѣньева, Анненковъ чрезъ Кіевскую почту при прошеніи, полученномъ 20 Іюня 1828 г., закладныя эти съ платежными надписями представилъ въ Курскую Палату Гражданскаго Суда къ уничтоженію. Въ Палатѣ, по выслушаніи сего прошенія, состоялся 21 Іюня 1828 г. журналъ, коимъ постановлено: представленныя закладныя, за полученіемъ заимодавцемъ по онымъ удовлетворенія, надлежащимъ порядкомъ уничтожить, а значащееся въ нихъ имѣніе отъ запрещенія освободить. Между тѣмъ, при приведеніи въ извѣстность имѣнія умершаго Видѣньева, при разборѣ бумагъ, для отдачи въ опекунское распоряженіе, по малолѣтству его дѣтей, назначеннымъ опекуномъ, женою умершаго, при попечителѣ и стороннихъ, отыскана записка о закладныхъ, данныхъ покойному Видѣньеву Александромъ Анненковымъ, которая и введена въ опись, составленную въ Іюлѣ 1828 года и представлена въ Курскую Дворянскую Опеку; но самыхъ закладныхъ въ то время отыскано не было. На запросъ Гражданской Палаты о сихъ закладныхъ опекунша отозвалась, что послѣ смерти Видѣньева найдена въ имуществѣ его только записка о закладныхъ, самыя же закладныя, какъ она освѣдомилась, представлены Анненковымъ къ уничтоженію, но по онымъ она ни капитала, ни процентовъ не получала, да и получилъ ли что въ уплату по тѣмъ закладнымъ покойный мужъ ея отъ Анненкова, она не знаетъ. Палата, по наведеніи справки съ дѣломъ, хранящимся въ Архивѣ объ уничтоженіи закладныхъ Анненкова, усмотрѣла, что Анненковъ покойному Видѣньеву по найденной опекуномъ запискѣ, и по показанію въ отчетахъ состоялъ должнымъ по 4 закладнымъ 71,000 руб. а представлено три закладныхъ къ уничтоженію только на 68,000 руб. и упла-
— 1315 —
чена ли Анненковымъ остальная сумма—не видно, препроводила все производство въ Курскій Уѣздный Судъ и предоставила обстоятельство это разсмотрѣнію онаго. Судъ обратился въ Курскую Дворянскую Опеку съ требованіемъ о присылкѣ представленной опекуншею записки о 4 закладныхъ. Опека отозвалась, что записки этой опекуншею представлено не было. Во время этого производства опекунъ надъ имѣніемъ Видѣньева, а потомъ и наслѣдники сего послѣдняго дѣти его, по пришествіи въ совершеннолѣтіе, изъявили сомнѣніе въ дѣйствительности уплаты по представленнымъ отъ должника Анненкова въ Палату тремъ закладнымъ покойному отцу ихъ и въ самыхъ платежныхъ на оныхъ надписяхъ. По сличеніи оспариваемыхъ надписей на закладныхъ съ другими подписями Видѣньева и по истребованіи отзыва отъ Анненкова, который подтвердилъ, что по 3 представленнымъ имъ въ Палату закладнымъ платежъ учиненъ имъ сполна, ибо иначе закладныя не могли бы быть выданы ему съ наддраніемъ и съ платежными надписями Видѣньева, Судъ разсмотрѣлъ дѣло, нашелъ, что Анненковъ хотя и представилъ въ Курскую Гражданскую Палату три закладныя на 68 тысячъ руб. ассигн., данныя имъ Видѣньеву, съ платежными надписями, къ уничтоженію, но никакихъ доказательствъ о томъ, что надписи объ уплатѣ сдѣланы самимъ Видѣньевымъ не представилъ и въ самомъ представленіи закладныхъ не соблюлъ порядка, установленнаго 1386 ст. Х т. Зак. Гр. изд. 1842 г., въ которой сказано: по совершеніи платежа, заимодавецъ или его повѣренный обязанъ подписать на закладной, что деньги принялъ сполна; послѣ сего она представляется въ надлежащее присутственное мѣсто, которое приказываетъ тотчасъ записать ее въ особенную шнуровую для сего учрежденную при крѣпостныхъ дѣлахъ книгу, съ изъясненіемъ, что по той закладной деньги заплачены, подъ симъ должны подписаться собственноручно заимодавецъ, что деньги сполна принялъ, а должникъ, что деньги сполна отдалъ и закладную получилъ. Напротивъ же того, Анненковъ представилъ закладныя послѣ смерти Видѣньева; слѣдовательно, нѣтъ никакого вѣроятія въ справедливости, чтобы надписи были сдѣланы самимъ Видѣньевымъ, тѣмъ болѣе, что надписи эти на закладныхъ не только не подтверждаются, а совершенно, по показанію 9 человѣкъ, на основаніи 2355 ст. того же Х т. и примѣч. къ ней, разрушаютъ силу платежныхъ надписей; а потому Уѣздный Судъ 19 Января 1853 г. опредѣлилъ: платежныя надписи на закладныхъ, представленныхъ Анненковымъ объ уплатѣ суммы, признать ничтожными, а закладныя, для производства по нимъ наслѣдникамъ Видѣньева, на основаніи законовъ, удовлетворенія, представить въ Курскую Гражданскую Палату; о неправильности платежныхъ надписей, по силѣ 2359 ст. Х т. и 599 ст. ХV т., разсмотрѣть уголовнымъ порядкомъ тогда, когда рѣшеніе это войдетъ въ законную силу. Это рѣшеніе Курскаго Уѣзднаго Суда указомъ Правительствующаго Сената отъ 28 Ноября 1855 г. признано вошедшимъ въ окончательную законную силу и, вслѣдствіе сего, Курская Гражданская Палата указомъ 5 Марта 1857 г. предписала Уѣздному Суду привести рѣшеніе то въ исполненіе чрезъ надлежащія полицейскія мѣста. Уѣздный Судъ сообщалъ Рыльскому и Путивльскому Полицей-
84∗