223.—1869 ГОДА МАРТА 5-го дня. По кассаціонной жалобѣ повѣреннаго Коллежскаго Ассесора Сергѣя Дагаева, присяжнаго повѣреннаго Михаила Энгельгардта на рѣшеніе Московской Судебной Палаты.
(Предсѣдательствовалъ Первоприсутствующій Сенаторъ А. П. Войцеховичъ; докладывалъ дѣло Сенаторъ А. М. Плавскій; заключеніе давалъ Товарищъ Оберъ-Прокурора Н. В. Граве.)
Въ 1861 году 1 Ноября Коллежскій Ассесоръ Сергѣй Дагаевъ продалъ почетному гражданину Семену Лепешкину лѣсъ на срубъ за 73,500 руб., по формальному условію, въ которомъ, между прочимъ, сказано о полученіи Дагаевымъ 5,000 руб. въ задатокъ и постановлено: что, при засвидѣтельствованіи условія, Лепешкинъ обязанъ уплатить 25,400 руб., а остальные въ три сроки, именно чрезъ 18 мѣсяцевъ, по засвидѣтельствованіи условія, 14,400 руб., потомъ чрезъ годъ 14,400 руб. и наконецъ еще чрезъ годъ 14,300 руб.; что въ первый, 18 мѣсячный, срокъ рубка будетъ производима въ означенномъ на этотъ срокъ участкѣ, а во 2-й и
— 499 —
3-й сроки въ двухъ слѣдующихъ, также означенныхъ участкахъ, и за тѣмъ, по уплатѣ всѣхъ денегъ, производить рубку остальнаго лѣса въ теченіи 8 лѣтъ, и что въ случаѣ неуплаты Лепешкинымъ денегъ въ который либо срокъ, рубка и возка лѣса останавливаются и Лепешкинъ платитъ Дагаеву за каждую просрочку платежа 3,000 руб. неустойки. Въ 1863 году, по жалобѣ Дагаева на рубку Лепешкинымъ лѣса въ участкахъ, назначенныхъ на не наступившіе еще послѣдніе два срока и безъ уплаты отнесенныхъ на эти сроки денегъ, Покровское Уѣздное Полицейское Управленіе, удостовѣрясь, чрезъ мѣстное дознаніе и изъ собственнаго сознанія Лепешкина, въ преждевременной рубкѣ имъ лѣса, постановило взыскать съ него за весь купленный у Дагаева лѣсъ остальную сумму. Дѣло это, по жалобѣ Лепешкина, восходило на разсмотрѣніе Общаго Собранія Московскихъ Департаментовъ Правительствующаго Сената, коимъ предоставлено Лепешкину обжаловать то постановленіе Полицейскаго Управленія въ судебномъ порядкѣ. За тѣмъ повѣренный Дагаева предъявилъ въ 1867 году въ Московскомъ Окружномъ Судѣ искъ съ Лепешкина, объяснивъ, что въ договорѣ между Дагаевымъ и Лепешкинымъ точно и положительно опредѣлены сроки для рубки каждаго отдѣльнаго участка лѣса, съ поставленіемъ этихъ сроковъ въ непосредственную зависимость отъ сроковъ платежа денегъ, слѣдующихъ за каждый участокъ, и что посему Лепешкинъ, приступившій преждевременно къ рубкѣ участковъ, назначенныхъ на два послѣдніе срока, обязанъ былъ въ то же время уплатить всю договорную за тѣ участки сумму; и какъ Лепешкинъ, вопреки договору, началъ рубку въ 3 и 4 участкахъ, не заплативъ за нихъ денегъ, которыя внесъ только съ наступленіемъ третьяго и четвертаго сроковъ, т. е. гораздо позже, то и долженъ заплатить Дагаеву проценты за все время продержанія означенныхъ денегъ. На этомъ основаніи повѣренный Дагаева просилъ присудить въ пользу его довѣрителя эти проценты въ количествѣ 3,333 руб. 36 коп. Противъ сего иска повѣренный Лепешкина выразилъ, что въ договорѣ вовсе не постановлено, чтобы, въ случаѣ преждевременной рубки лѣса въ томъ или другомъ участкѣ, Лепешкинъ обязанъ былъ уплачивать деньги ранѣе условленныхъ сроковъ. Окружный Судъ отказалъ Дагаеву въ искѣ процентовъ, а постановленіе Полицейскаго Управленія отмѣнилъ. По апелляціонной жалобѣ повѣреннаго Дагаева дѣло это разсматривалось Московскою Судебною Палатою, которая нашла, что разрѣшенію ея подлежитъ вопросъ: обязанъ ли былъ Лепешкинъ, силою договора о продажѣ ему Дагаевымъ лѣса, внести всѣ остальные за тотъ лѣсъ деньги въ то время, когда приступилъ къ рубкѣ 3 и 4 участковъ прежде назначенныхъ для рубки ихъ по договору сроковъ. Вопросъ этотъ, по мнѣнію Палаты, разрѣшается буквальнымъ смысломъ договора, по которому постановлены сроки денежныхъ платежей за лѣсъ, и отдѣльно отъ нихъ сроки рубки лѣса въ опредѣленныхъ мѣстностяхъ. Никакой взаимной зависимости этихъ сроковъ изъ договора не видно; за нарушеніе сроковъ рубки лѣса никакого взысканія въ договорѣ не положено, тогда какъ за невзносъ въ срокъ денежнаго платежа опредѣлена неустойка въ 3,000 руб. При такомъ буквальномъ смыслѣ договора, преждевременная рубка Лепешкинымъ незначительной части лѣса, не подвергая его никакой предъ Дагаевымъ отвѣтственности, не обя-