145.—1869 года февраля 13-го дня. По кассаціонной жалобѣ повѣреннаго Поручика Василія Тупалова, Коллежскаго Ассесора Шимановскаго на рѣшеніе С.-Петербургской Судебной Палаты.
(Предсѣдательствовалъ Первоприсутствующій Сенаторъ А. П. Войцеховичъ; докладывалъ дѣло Сенаторъ А. М. Плавскій; заключеніе давалъ Товарищъ Оберъ-Прокурора Д. Б. Бергъ.)
Вдова придворнаго мундшенка Анна Синткина, въ началѣ Августа 1862 г., заняла у купца Николая Костылева 7,000 руб. подъ залогъ дома, срокомъ на одинъ годъ, и въ то же время особою записью, совершенною крѣпостнымъ порядкомъ, обязалась, въ случаѣ неуплаты въ срокъ занятыхъ по закладной денегъ, заплатить 500 руб. неустойки. Въ половинѣ Ноября того же года изъ квартиры Костылева похищенъ сундукъ съ документами, вслѣдствіе чего, по заявленію Костылева, что въ числѣ ихъ находились упомянутыя закладная и неустоечная
— 343 —
записи, была сдѣлана Управою Благочинія публикація, но документовъ этихъ никто не представилъ. Дѣло о похищеніи у Костылева сундука производилось уголовнымъ порядкомъ, виновные открыты и наказаны, но бывшіе въ сундукѣ документы не найдены. Въ 1867 г., по просьбѣ Костылева, выданы ему изъ С.-Петербургской Гражданской Палаты, въ замѣнъ пропавшихъ закладной и неустоечной записи Синткиной, выписи изъ крѣпостныхъ книгъ, согласно 827 и 829 ст. Х т. 1 ч., при чемъ отобрано отъ Костылева показаніе, что по закладной и неустоячной записи уплатъ произведено не было. По смерти Костылева, повѣренный наслѣдника его, Поручика Василія Тупалова, представилъ въ Ноябрѣ 1867 г. въ С.-Петербургскій Окружный Судъ копіи съ закладной и неустоячной записи Синткиной и объяснивъ, что ею, во время производства уголовнаго дѣла о кражѣ сундука съ документами, а именно 17 Іюля 1863 г. уплачены проценты по 8 Октября 1863 г., въ чемъ выдана ей Костылевымъ росписка, болѣе же Синткина ничего по закладной и неустоечной записи не платила, просилъ взыскать съ нея 7,000 руб. по закладной съ процентами и 500 руб. неустойки. Противъ этого иска повѣренный Синткиной возразилъ, что въ дѣлѣ о кражѣ у Костылева сундука нѣтъ доказательствъ, чтобы въ немъ находились закладная и неустоечная запись Синткиной; что при выдачѣ Костылеву выписей изъ крѣпостныхъ книгъ не соблюденъ порядокъ, указанный въ 829 ст. Х т. 1 ч., именно, не отобрано отъ Костылева торжественное объявленіе о томъ, что подлинные документы не уничтожены; что закладныя, на основаніи 2012 ст. Х т. 1 ч., относятся къ обязательствамъ займа, по копіямъ съ коихъ 831 ст. того же тома и части предоставляется производить взысканіе тогда только, когда истцомъ доказано уничтоженіе подлиннаго обязательства должникомъ, въ настоящемъ же дѣлѣ истецъ объ этомъ вовсе не заявляетъ, и наконецъ, что Синткина дѣйствительно заняла у Костылева 7,000 руб., но прежде пропажи закладной уплатила большую часть долга, о чемъ надписано Костылевымъ на самой закладной, и въ настоящее время должна ему не всю ту сумму, а гораздо меньшую, которую объявитъ не прежде, какъ по отказѣ истца отъ взысканія неустойки. Окружный Судъ призналъ всѣ эти возраженія неосновательными и присудилъ съ Синткиной въ пользу Тупалова 7,000 руб. съ процентами и 500 руб. неустойки. Въ апелляціонной жалобѣ на это рѣшеніе повѣренный Синткиной присовокупилъ къ прежнимъ своимъ возраженіямъ, что Синткина, до похищенія у Костылева документовъ, заплатила 4,000 руб. и, ссылаясь на двухъ свидѣтелей, при которыхъ Костылевъ говорилъ о количествѣ оставшагося за Синткиной долга, просилъ, отобравъ показанія отъ этихъ свидѣтелей, изъ присужденной Окружнымъ Судомъ съ Синткиной суммы исключить 4,000 руб. С.-Петербургская Судебная Палата нашла: 1) что при соображеніи 831 ст. Х т. 1 ч. и 749 ст. того же тома 2 ч. оказывается, что законъ обязываетъ истца, представляющаго ко взысканію копію съ утраченнаго акта займа, доказать уничтоженіе подлинника отвѣтчикомъ и не дѣлаетъ при этомъ различія, былъ или не былъ заемъ обезпеченъ какимъ либо имуществомъ должника; 2) что истецъ, Тупаловъ, не утверждаетъ и не доказываетъ того, чтобы Синткина уничтожила подлинный актъ займа, составляющій пред-