125.—1869 года Февраля 6-го дня. По кассаціонной жалобѣ чиновника 9-го класса Алексея Будаевскаго на рѣшеніе Московской Судебной Палаты. (Предсѣдательствовалъ Первоприсутствующій Сенаторъ А. П. Войцеховичъ; докладывалъ дѣло Сенаторъ А. М. Плавскій; заключеніе давалъ Товарищъ Оберъ-Прокурора П. Н. Николаевъ.)
Московская Судебная Палата, разсмотрѣвъ, по апелляціи чиновника 9-го класса Алексея Будаевскаго на рѣшеніе Калужскаго Окружнаго Суда, дѣло о взысканіи
— 293 —
Будаевскимъ съ крестьянина Григорія Артемова скрытыхъ, при отчетѣ по лѣсной операціи, денегъ, нашла, что предметъ сего дѣла составляютъ взаимные расчеты умершаго Поручика Лопатовскаго съ Артемовымъ въ чистой прибыли, вырученной чрезъ продажу лѣса, купленнаго ими сообща на срубъ у Князя Несвицкаго. Будаевскій, какъ преемникъ правъ Лопатовскаго, ссылаясь на существовавшій будто бы между Лопатовскимъ и Артемовымъ словесный договоръ, по которому Артемовъ обязался, впредь до выручки всей заплаченной Лопатовскимъ за лѣсную дачу суммы 13750 р. и расходовъ по срубу лѣса, заниматься разработкою и продажею лѣснаго матеріала, въ качествѣ прикащика безъ жалованья, и затѣмъ изъ чистой прибыли, какая окажется за покрытіемъ всѣхъ расходовъ, получить за труды свои половину, — и находя, что Артемовымъ переданы Лопатовскому не всѣ вырученные отъ продажи лѣснаго матеріала и оставшія отъ расхода деньги, показано въ книгахъ и отчетѣ количество проданнаго имъ лѣса въ уменьшенномъ видѣ, а расходъ напротивъ слишкомъ преувеличенъ, и высчитывая за Артемовымъ недополученнаго количества денегъ въ первоначальномъ исковомъ прошеніи въ 4594 р., а на словесномъ состязаніи возвысилъ сумму своего иска до 8833 р. ходатайствуетъ, сдѣлавъ учетъ всей вырученной чрезъ продажу лѣса суммы и расхода на срубъ, по представленнымъ имъ книгамъ и отчету, взыскать съ Артемова сумму, какая можетъ оказаться. Въ подтвержденіе своего иска Будаевскій сослался на представленный Артемовымъ въ Мартѣ 1865 г. покойному Лопатовскому краткій отчетъ и на представленныя имъ, Будаевскимъ, книги прихода и расхода лѣснаго матеріала и денегъ, отобранныя отъ Артемова, на нѣкоторыя домашнія росписи Артемова о поставкѣ значущимся въ нихъ лицамъ лѣснаго матеріала и на составленный Приставомъ 1 стана Калужскаго уѣзда, 23 Сентября 1865 г. актъ осмотра оставшагося на лицо въ купленной дачѣ лѣса и заготовленнаго матеріала и повѣрки книгъ Артемова. Въ опроверженіе этого иска Артемовъ объяснилъ: во 1, что деньги за рощу уплачены Князю Несвицкому 13750 р. не Лопатовскимъ, а имъ изъ денегъ вырученныхъ чрезъ продажу изъ этой рощи лѣснаго матеріала, что подтверждается собственноручною роспискою Князя Несвицкаго отъ 14 Октября 1863 г.; во 2, указываемая Будаевскимъ неточность значущагося въ отчетѣ проданнаго нѣкоторымъ лицамъ количества лѣснаго матеріала и полученныхъ денегъ, съ собранными Будаевскимъ о продажѣ симъ лицамъ лѣснаго матеріала свѣдѣніями, происходятъ отъ записки части купленнаго этими лицами матеріала въ другихъ книгахъ, въ статьяхъ объ отпускѣ разнымъ лицамъ, которыя Будаевскій къ дѣлу не представилъ, а также и потому, что запроданный этимъ лицамъ матеріалъ поставлялся не всегда изъ дачи, купленной у Князя Несвицкаго, а изъ другихъ дачъ, содержимыхъ имъ, Артемовымъ, или покупался въ Калугѣ, что подтверждается представленными къ дѣлу накладными записками о доставкѣ Прутченкѣ въ 1863 г. означеннаго матеріала; въ 3, что при жизни еще самого Лопатовскаго, дочь его Будаевская повѣряла расчеты его съ отцомъ ея и по повѣркѣ оказалось недополученныхъ Лопатовскимъ всего только 246 р. съ копѣйками, полученіе которыхъ отъ Артемова Будаевскою созналъ и повѣренный Будаевскаго; въ 4, Лопатовскій умеръ весною 1865 г. и тогда же, по рас-