806.—1868 года декабря 5-го дня. По кассаціонной жалобѣ крестьянина Михаила Проценкова на рѣшеніе Харьковской Судебной Палаты.
(Предсѣдательствовалъ за Первоприсутствующаго и докладывалъ дѣло Сенаторъ М. Н. Любощинскій; заключеніе давалъ Товарищъ Оберъ-Прокурора Н. В. Граве.)
Харьковская Судебная Палата, разсмотрѣвъ, по апелляціонной жалобѣ крестьянина Проценкова, дѣло о взыскиваемыхъ съ него Губернскимъ Секретаремъ Кириловымъ 2300 р. по условію, нашла: обстоятельства дѣла сего обнаруживаютъ, что въ Январѣ 1865 г. Проценковъ съ Кириловымъ заключили условіе, по которому первый обязался поставить къ 1 Іюля того года 2000 пудовъ поташа и въ уплату за поташъ получилъ 2,300 р.—Поташа Проценковъ не поставилъ. Не отрицая неисполненія условія и полученія денегъ во время производства дѣла въ прежнихъ судахъ, Проценковъ тогда, какъ и теперь, заявлялъ, что передалъ ту сумму бывшему компаніону своему по торговлѣ Шмыглеву, зятю Кирилова, который будто-бы взялъ на себя исполнить въ отношеніи Кирилова обязательство Проценкова, и что Кириловъ изъявилъ на то свое согласіе, съ тою только разницею, что прежде Проценковъ не упоминалъ о томъ, чтобы и передача и согласіе было выражено на письмѣ, а при производствѣ дѣла въ Воронежскомъ Окружномъ Судѣ и въ апелляціонной жалобѣ повѣренный Проценкова Анфилоговъ утверждалъ, что надписи о томъ и другомъ имѣлись на подлинномъ условіи, которое, по словамъ Кирилова, подмѣнено въ Воронежской Палатѣ Гражданскаго Суда, а судя по удостовѣренію, выданному изъ той Палаты 8 Марта сего года, при предъявленіи Проценкову, признано имъ за подложное. Упоминаемое повѣреннымъ Проценкова Анфилоговымъ въ апелляціонной жалобѣ заявленіе, сдѣланное, будто, въ Окружномъ Судѣ на словесномъ состязаніи о томъ, что подлинное условіе не представлено Кириловымъ съ умысломъ скрыть означенныя надписи, не записано въ протоколъ засѣданія и не приведено въ рѣшеніи Суда; кромѣ того Анфилоговъ объясняетъ, что ему извѣстно было, что подлинное условіе утеряно, и что по этой причинѣ онъ и не требовалъ представленія онаго въ подлинникѣ. Эти два заявленія прямо одно другому противорѣчатъ, ибо если условіе потеряно, то очевидно, что Кириловъ не представилъ онаго не для скрытія какихъ либо надписей, существованіе коихъ не доказано, а единственно потому, что за потерю, или, какъ онъ въ объясненіи на апелляціонную жалобу пишетъ, за подмѣномъ, сдѣланнымъ въ Гражданской Палатѣ, не могъ его представить въ Судъ. Достовѣрно въ этомъ случаѣ одно, что Анфилоговъ при словесныхъ состязаніяхъ не требовалъ предъявленія подлиннаго условія, на что имѣлъ право по ст. 441 Уст. Гр. Суд.; что этимъ отсутствіемъ требованія Воронежскій Окружный Судъ мотивировалъ свое рѣшеніе, въ противномъ случаѣ Судъ обязалъ бы Кирилова доказать, что подлин-
118