25.—1868 года января 4-го дня. По кассаціонной жалобѣ купеческихъ сестеръ Александры и Елисаветы Бобковыхъ на рѣшеніе С.-Петербургской Судебной Палаты.
(Предсѣдательствовалъ Первоприсутствующій Сенаторъ А. Д. Башуцкій; докладывалъ дѣло Сенаторъ М. Н. Любощинскій; заключеніе давалъ Товарищъ Оберъ-Прокурора Д. Б. Беръ.)
С.-Петербургскій 2 гильдіи купецъ Михаилъ Степановъ Бобковъ, крѣпостнымъ духовнымъ завѣщаніемъ, явленнымъ въ 1839 году, завѣщалъ все свое благопріобрѣтенное движимое и недвижимое имущество въ полное непосредственное владѣніе и распоряженіе второбрачной женѣ своей Марьѣ Бобковой съ тѣмъ, чтобы дѣтей отъ нея рожденныхъ, сына Михаила и дочерей Анну, Александру и Елисавету, содержала и воспитывала (п. 1) и сообща съ сыномъ очистила имѣніе отъ взысканій и запрещеній (п. 2). Въ случаѣ выхода дочерей замужъ, завѣщатель обязалъ свою жену выдать имъ указныя части, а съ общаго согласія съ сыномъ Михаиломъ, дать имъ и болѣе указанныхъ частей. Для уплаты долговъ или для выдѣла дочерей, если наличный капиталъ окажется недостаточнымъ, то Бобковъ предоставилъ женѣ, съ согласія всѣхъ дѣтей, заложить или продать часть, или все недвижимое имущество (п. 3). Послѣ смерти жены, все имѣніе, по волѣ завѣщателя, переходитъ въ собственность сына Михаила Бобкова съ тѣмъ, чтобы онъ въ отношеніи сестеръ выполнилъ все то, что возложено было на мать. Въ случаѣ же бездѣтной смерти сына Михаила Бобкова, все имѣніе въ равныхъ частяхъ переходитъ къ дочерямъ отъ втораго брака (п. 5), а дочь отъ перваго брата, Марья Рахманова, получившая, при выходѣ въ замужество, значительное приданое, не имѣетъ права на оставляемое наслѣдство. По этому духовному завѣщанію Марья Бобкова въ 1849 г. была введена во владѣніе имѣніемъ, оставшимся послѣ ея мужа. Въ публикаціи Магистрата о явкѣ завѣщанія Михаила Бобкова, сказано, что движимое его имущество поступило въ собственность вдовы, а недвижимое только въ пожизненное ея владѣніе. Затѣмъ, послѣ смерти въ 1855 г. Марьи Бобковой, все имущество оставалось въ общемъ нераздѣльномъ владѣніи дѣтей ея, сына и дочерей, до бездѣтной кончины сына въ 1866 г. На оставшееся послѣ Михаила Бобкова имѣніе, предъявили въ С.-Петербургскомъ Окружномъ Судѣ наслѣдственныя права двѣ родныя его сестры Александра и Елисавета Бобковы и дочери единокровной его сестры Марьи Рахмановой, Блохина, Егорова и Козловская. Уполномоченный Александры и Елисаветы Бобковыхъ, присяжный повѣренный Стасовъ доказывалъ, что отецъ Бобкова завѣщалъ все имѣніе въ полную собственность женѣ своей Марья Бобковой, а отъ нея по наслѣдству имѣніе перешло къ сыну вмѣстѣ съ родными сестрами, слѣдовательно, за силою 1134, 1137, 1138 и 1140 ст. X Т. ч. 1, дѣти умершей единокривой се-
— 43 —
стры ихъ Марья Рахмановой, не могутъ наслѣдовать послѣ Михаила Бобкова. Напротивъ того повѣренный дочерей Рахмановой, присяжный повѣренный Самарскій-Быховецъ доказывалъ, что оставшееся послѣ Бобкова сына имѣніе дошло къ нему отъ отца, а не отъ матери, только пожизненной владѣлицы, а потому довѣрительницы его, по силѣ 1138 ст. X Т. ч. 1, имѣютъ равное съ родными сестрами Бобковыми право участія въ родовомъ имѣніи, оставшемся послѣ Бобкова сына. Окружный Судъ, руководствуясь 1408, 1424, 1425, 1426 и 1431 ст. Уст. Охранит. Судопр., опредѣлилъ: въ остающемся послѣ Михаила Михайлова Бобкова недвижимомъ имѣніи утвердить въ 4/14 частяхъ, за смертію Марьи Рахмановой, дочерей ея, а въ остальныхъ 8/14 частяхъ, равно какъ и ко всему движимому имѣнію, утвердить Александру и Елисавету Бобковыхъ. На это рѣшеніе Окружнаго Суда, повѣренный Александры и Елисаветы Бобковыхъ, Стасовъ, принесъ въ С.-Петербургскую Судебную Палату апелляціонную жалобу. Въ апелляціи Стасовъ объяснилъ: 1) что выраженіе духовнаго завѣщанія (п. 1) «имѣніе мое оставляю въ полное и непосредственное владѣніе и распоряженіе женѣ моей,» доказываетъ, что имѣніе перешло къ ней въ собственность, что подтверждается и выраженіемъ 4 п. завѣщанія «отдаю имѣніе женѣ въ собственность;»—2) что въ завѣщаніи нигдѣ не указано, что Михаилъ Бобковъ отдалъ имѣніе женѣ своей въ пожизненное пользованіе, а подъ словами завѣщанія «согласіе всѣхъ дѣтей,» надлежитъ разумѣть не разрѣшеніе дѣтей, а совѣщаніе ихъ съ матерью въ опредѣленныхъ случаяхъ. Ссылка на публикацію Магистрата, по мнѣнію Стасова, представляется неосновательною, ибо публикація не можетъ служить законнымъ доводомъ, равно какъ и то, что Бобковы признавали себя наслѣдниками по завѣщанію отца, а не по наслѣдству отъ матери, какъ это видно изъ вводныхъ листовъ. Опровергая затѣмъ правильность разсчета, сдѣланнаго относительно опредѣленія наслѣдственныхъ долей, Стасовъ просилъ признать Бобковыхъ единственными наслѣдниками послѣ брата. Въ засѣданіи Судебной Палаты, повѣренный наслѣдницъ Рахмановой, для подкрѣпленія доказательствъ, приведенныхъ имъ въ Окружномъ Судѣ, что имѣніе Бобкова перешло по наслѣдству отъ отца, а не отъ матери, представилъ выпись изъ книгъ купчей крѣпости 22 Декабря 1860 года, по которой Михаилъ, Александра и Елисавета Бобковы, продали Соколовской два дома, изъ коихъ одинъ названъ доставшимся имъ въ полную собственность по духовному завѣщанію родителя ихъ. Судебная Палата, разсмотрѣвъ дѣло, нашла: 1) что хотя Михаилъ Степановъ Бобковъ въ своемъ духовномъ завѣщаніи и выразилъ, что отдаетъ все имѣніе въ полное непосредственное владѣніе и распоряженіе женѣ своей, но указанныя въ 3 пунк. завѣщанія ограниченія въ самомъ правѣ распоряженія имуществомъ лишаютъ Бобкову права полной и неограниченной собственности, которая по смыслу 420 и 423 ст. X Т. ч. 1, есть соединеніе въ одномъ лицѣ владѣнія, пользованія и распоряженія, безъ всякаго посторонняго участія; 2) ограниченія эти состоятъ въ томъ, что Марья Бобкова могла выдѣлить дочерямъ болѣе указной части, не иначе, какъ съ согласія сына, заложить и продать имущество могла съ согласія всѣхъ дѣтей. Что же касается до обстоя-