14.—1868 года января 4-го дня. По кассаціонной жалобѣ повѣреннаго отставнаго Подполковника Густава Ангеля, присяжнаго повѣреннаго Корсака, на рѣшеніе С.-Петербургской Судебной Палаты.
(Предсѣдательствовалъ Первоприсутствующій Сенаторъ А. Д. Башуцкій; докладывалъ дѣло Сенаторъ А. М. Плавскій; заключеніе давалъ Товарищъ Оберъ-Прокурора Д. Б. Бергъ.)
Отставной Подполковникъ Густавъ Ангелъ, въ поданной въ С.-Петербургскій Окружный Судъ, 21 Октября 1866 г., исковой просьбѣ, объяснялъ, что жена Прапорщика Евгенія Мосолова нанимала въ его домѣ квартиру съ мебелью, по контракту, заключенному по 1 Августа 1866 г., въ каковой срокъ обязалась все принятое ею по описи сдать, за вещи потерянныя заплатить, а испорченныя привести въ надлежащій видъ; но Мосолова 8 Іюня 1866 года уѣхала въ Тамбовскую губернію и не возвращалась, почему дворникъ его дома, Давыдовъ, при наступленіи означеннаго въ контрактѣ срока, пригласилъ въ ту квартиру Помощника Надзирателя, который, при бытности сына Мосоловой, Владиміра Мосолова, сдѣлалъ повѣрку имущества противъ описи и, отмѣтивъ на оной недостающія и испорченныя вещи, самую опись и составленное удостовѣреніе передалъ Давыдову, для охраненія до возвращенія Ангеля, находившагося въ то время за границею. Объясняя далѣе, что Мосолова причинила ему убытки на 2430 р. 10 к., Ангелъ просилъ взыскать съ нея означенную сумму и въ доказательство своего иска представилъ: контрактъ его съ Мосоловой, актъ составленный 1 Августа 1866 года Помощникомъ Надзирателя, выписку изъ описи вещамъ, испорченнымъ и утраченнымъ, съ показаніемъ цѣны оныхъ, за подписью Ангеля, и опись вещамъ, на которой отмѣтки объ испорченныхъ и неоказавшихся вещахъ сдѣланы отчасти чернилами, отчасти же карандашомъ, съ подписями на оной слѣдующаго содержанія: «По сей описи въ квартирѣ, занимаемой мною въ домѣ Г. Ангеля, принято мною отъ дворника его все сполна, и что при сдачѣ не оказалось, тѣ вещи отмѣчены самимъ дворникомъ. Е. Мосолова.» «Объяснены вещи испорченныя и помаранныя и сдѣланныя отмѣтки справедливы, исключая стола. Сынъ Прапорщика Мосолова.» «При передачѣ квартиры и вещей находился Помощникъ Надзирателя 3 квартала Литейной части Кастевичъ.» Затѣмъ повѣренные истца, Коллежскій Секретарь Боровскій, въ поданномъ въ Судъ прошеніи, и Коллежскій Ассесоръ Корсакъ, при словесномъ состязаніи, просили Судъ, для опредѣленія стоимости порченныхъ вещей назначить оцѣнку имъ чрезъ свѣдущихъ людей и на этомъ основать рѣшеніе. Повѣренный же со стороны отвѣтчицы, Коллежскій Ассесоръ Благовѣщенскій, объяснялъ Суду, что находившіяся у Мо-
— 23 —
соловой вещи, по порученію ея сданы были въ исправности, и что послѣ нея, а именно 15 Августа, занимаемая Мосоловой квартира съ вещами передана другому лицу, а потому Мосолова не обязана отвѣчать за цѣлость тѣхъ вещей. На сдѣланный въ засѣданіи тяжущимся вопросъ о томъ, какія изъ отмѣтокъ, сдѣланныхъ на представленной къ дѣлу описи, относятся къ Августу 1865 года и какія къ Августу 1866 года, они отозвались незнаніемъ, а повѣренный истца просилъ спросить объ этомъ дворника дома и крестьянина Петрова. Окружный Судъ, разсмотрѣвъ представленную Ангелемъ опись принятымъ Мосоловой вещамъ, на которой имѣются отмѣтки о портѣ и утратѣ вещей, съ удостовѣреніемъ сына Мосоловой и Полицейскаго чиновника о справедливости отмѣтокъ, нашелъ: 1) что въ подписи Мосоловой оговорено о сдѣланныхъ дворникомъ на описи отмѣткахъ о нѣкоторыхъ вещахъ, неоказавшихся еще при пріемѣ Мосоловой вещей; 2) что эта подпись служитъ доказательствомъ противъ Ангеля (478 ст. Уст. Гр. Суд.); 3) что такимъ образомъ, имѣющіяся на описи отмѣтки оказываются сдѣланными въ разное время и потому имѣющими различное значеніе, но время, къ которому относятся тѣ и другія отмѣтки, не могло быть объяснено Суду повѣренными истца, и 4) что удостовѣреніе сына Мосоловой въ справедливости сдѣланныхъ на описи отмѣтокъ, не можетъ служить доказательствомъ въ пользу истца, ибо имъ не доказано, что удостовѣреніе сына Мосоловой должно считаться для нея обязательнымъ. Въ отношеніи полицейскаго акта Окружный Судъ, хотя и нашелъ въ немъ подробное перечисленіе испорченныхъ и утраченныхъ вещей, составленное Помощникомъ Квартальнаго Надзирателя на основаніи произведеннаго осмотра 1 Августа 1866 г. на мѣстѣ, но не могъ признать за этимъ осмотромъ и за самымъ актомъ силы доказательства потому, что этотъ осмотръ былъ произведенъ въ С.-Петербургѣ, послѣ введенія Суд. Уст., неподлежащею судебною властію (120 и 508 ст. Уст. Гражд. Суд.), а Полицейскимъ Чиновникомъ, принявшимъ заявленіе претензіи по гражданскому иску, вопреки 77 ст. Прав. о введ. въ дѣйст. Суд. Уст. Такимъ образомъ, при непредставленіи истцомъ доказательствъ о томъ, что вещи, показанныя въ выпискѣ, утрачены или попорчены Мосоловой, не подлежитъ, по силѣ 499 ст. Уст. Гражд. Суд., удовлетворенію и ходатайство его объ оцѣнкѣ взломанныхъ и попорченныхъ вещей. Вслѣдствіе сего Окружный Судъ, руководствуясь 366 и 367 ст. Уст. Гр. Суд., Ангелю въ искѣ съ Мосоловой, какъ бездоказательномъ, отказалъ. На это рѣшеніе повѣренный Ангеля, Корсакъ, принесъ апелляціонную жалобу, въ которой, ссылаясь на 1536, 1538 и 1708 ст. X т. 1 ч. и 2 пунктъ контракта, объяснялъ, что Мосолова, въ оговоркѣ своей, и дворникъ Давыдовъ, въ отмѣткахъ, сдѣланныхъ имъ на описи карандашомъ, справедливость коихъ могутъ подтвердить подъ присягою Давыдовъ и крестьянинъ Петровъ,—упомянули только о нѣкоторыхъ вещахъ, неоказавшихся при сдачѣ, но не о вещахъ взломанныхъ, испорченныхъ или запачканныхъ, слѣдовательно въ такомъ видѣ вещи Мосоловой не были сданы и оговорка ея должна служить доказательствомъ не противъ Ангеля, а въ подтвержденіе его иска. Затѣмъ всѣ остальныя отмѣтки, сдѣланныя на описи чернилами, сдѣланныя Полицейскимъ Чиновникомъ, составившимъ кромѣ того актъ,