123.—1868 года февраля 15-го дня. По кассаціонной жалобѣ мѣщанина Алексѣя Алексѣева на рѣшеніе Московскаго Столичнаго Мироваго Съѣзда 2-го округа.
(Предсѣдательствовалъ Первоприсутствующій Сенаторъ А. Д. Башуцкій; докладывалъ дѣло Сенаторъ В. Н. Булыгинъ; заключеніе давалъ Товарищъ Оберъ-Прокурора Д. Б. Беръ.)
Штабсъ-Ротмистръ Иванъ Дефоржъ представилъ Московскому Столичному Мировому Судьѣ Яузскаго участка два просроченные векселя, данные Штабсъ-Капитаномъ Георгіемъ Болочанъ мѣщанину Алексѣю Алексѣеву, суммою въ 450 руб., съ бланковыми надписями, учиненными, за неумѣніемъ грамотѣ Алексѣева, сыномъ его Герасимомъ Алексѣевымъ, по просрочкѣ не протестованные, и просилъ взыскать по нимъ всю сумму съ бланконадписателя, Алексѣева. Въ доказательство передачи этихъ векселей, Дефоржъ сослался на свидѣтелей. Мировой Судья присудилъ означенное взысканіе. Повѣренный Алексѣева, Доброхотовъ, въ апелляціонной жалобѣ, поданной Мировому Съѣзду, объяснялъ: 1) что нельзя доказать дѣйствительности бланка на векселяхъ, за смертію сына Алексѣева, учинившаго надписи; 2) что векселедержатель при жизни бланконадписателя не предъявлялъ векселей довѣрителю его, что даетъ право не признавать этихъ бланковъ; при чемъ въ настоящемъ случаѣ нельзя считать одни свидѣтельскія показанія полными доказательствами; 3) что векселя не протестованы, время бланковъ не показано, самъ Алексѣевъ безграмотный, и довѣренности сыну своему для бланковъ не давалъ. Мировой Съѣздъ нашелъ, что истецъ Дефоржъ представилъ векселя ко взысканію какъ уже просроченные и потерявшіе силу вексельнаго документа, а потому свидѣтельскія показанія о передачѣ этихъ документовъ на основаніи бланковыхъ надписей, сдѣланныхъ умершимъ сыномъ Алексѣева, могутъ быть приняты; вслѣдствіе чего, руководствуясь 81 и 129 ст. Уст. Гражд. Суд., Съѣздъ опредѣлилъ: утвердить рѣшеніе Мироваго Судьи. Мѣщанинъ Алексѣй Алексѣевъ принесъ Правительствующему Сенату кассаціонную жалобу, въ которой объясняетъ, что рѣшеніемъ Мироваго Съѣзда нарушенъ прямой смыслъ 617 ст. XI т., ибо упущеніемъ протеста, векселедержатель, если вексель принадлежитъ ему къ собственность, теряетъ право всякаго иска на томъ, отъ кого вексель къ нему до-
— 279 —
шелъ, на всѣхъ предшествовавшихъ ему надписателяхъ и на самомъ векселедателѣ, когда плательщикъ придетъ въ несостоятельность, а потому векселедержатель Дефоржъ, за упущеніемъ протеста и по поводу несостоятельности векселедателя Болочанъ, потерялъ право иска съ него, Алексѣева. Затѣмъ, если мировыя установленія приняли эти векселя, какъ составляющіе простыя обязательства, то они должны потерять силу оборота на надписателя, и составляя собственность пріобрѣтателя по взаимному договору, налагаютъ на Дефоржа обязанность производить взысканіе съ Болочанъ, слѣдовательно нарушена 569 ст. X т. 1 ч. по которой всякое обязательство налагаетъ на договаривающихся обязанность оное исполнить. На основаніи вышеизложеннаго Алексѣевъ проситъ рѣшеніе Мироваго Съѣзда отмѣнить.
Выслушавъ заключеніе Товарища Оберъ-Прокурора, Правительствующій Сенатъ нашелъ: исключительная принадлежность векселей состоитъ въ правѣ векселедержателя производить взысканіе не только съ векселедателя или плательщика по векселю, но и съ того, отъ кого онъ дошелъ и со всѣхъ предшествовавшихъ надписателей. Напротивъ того, по всѣмъ долговымъ обязательствамъ, не имѣющимъ силы вексельнаго права, лицо, передавшее долговой документъ, вслѣдствіе этой передачи никакому уже взысканію не подвергается, а обязанность платежа лежитъ только на лицѣ, издавшемъ обязательство въ качествѣ должника, или поручившагося въ исправномъ платежѣ, на основаніи общаго правила, изложеннаго въ 570 ст. т. X ч. 1, и особыхъ законовъ о займѣ по обязательствамъ разнаго рода, находящихся въ томъ же X т. 1 ч. Согласно сему, вексель, утратившій силу вексельнаго права вслѣдствіе какихъ бы то ни было упущеній, но сохранившій силу долгового обязательства (Уст. Торг. ст. 637), не можетъ быть предъявленъ ко взысканію, какъ и всякое иное обязательство, къ другому лицу, кромѣ того, которое обязалось платежомъ. Правило это распространяется на векселедержателя, не учинившаго протеста, о чемъ положительно выражено въ 617 ст. т. XI Уст. Торг., въ которой сказано: упущеніемъ протеста, векселедержатель, если вексель принадлежитъ ему къ собственность, теряетъ право всякаго иска на томъ, отъ кого онъ къ нему дошелъ, и на всѣхъ предшествовавшихъ ему надписателяхъ и самомъ векселедателѣ, когда плательщикъ придетъ въ несостоятельность, и когда векселедатель докажетъ, что плательщикъ на срокъ векселя имѣлъ въ распоряженіи своемъ капиталы его, или товары, или былъ ему долженъ не менѣе той суммы, на какую вексель былъ данъ. Въ настоящемъ дѣлѣ, векселедержатель Дефоржъ, по векселю, выданному на себя Болочаномъ и потерявшему силу вексельнаго права упущеніемъ протеста, обратился со взысканіемъ съ бланконадписателя Алексѣева, а Мировой Съѣздъ, признавая вексель, потерявшимъ силу вексельнаго документа, присудилъ взысканіе съ Алексѣева потому, что свидѣтельскими показаніями доказана передача векселя Алексѣевымъ Дефоржу по бланковой надписи. Такимъ рѣшеніемъ Мировой Съѣздъ явно нарушилъ буквальный смыслъ 617 ст. т. XI Уст. Торг., а потому Правительствующій Сенатъ, на основаніи 1 пун. 186 ст. Уст. Гражд. Судопр., опредѣляетъ: рѣшеніе Московскаго