442.—1867 года ноября 23-го дня. По кассаціонной жалобѣ Ивана Шебунина на рѣшеніе Петергофскаго Съѣзда Мировыхъ Судей.
(Предсѣдательствовалъ Первоприсутствующій Сенаторъ А. Д. Башуцкій; докладывалъ дѣло Сенаторъ А. П. Войцеховичъ; заключеніе давалъ Товарищъ Оберъ-Прокурора Д. Б. Беръ.)
Машинистъ унтеръ-офицеръ 1-го флотскаго Его Императорскаго Высочества Генералъ-Адмирала экипажа, Дмитрій Блиновъ, просилъ Мироваго Судью 5 участка г. Кронштадта о взысканіи съ наслѣдниковъ умершаго Кронштадтскаго купеческаго сына Алексѣя Шебунина 350 р., по заемному письму, выданному имъ въ 1859 г. Опекунъ малолѣтныхъ, братъ ихъ отца, Иванъ Шебунинъ, отозвался, что по смерти Алексѣя Шебунина никакого имѣнія движимаго и недвижимаго не осталось, что дѣти его, послѣ его смерти, наслѣдовали, вмѣстѣ съ другими наслѣдниками, имѣніемъ дѣда ихъ, каменнымъ въ гор. Кронштадтѣ домомъ, во владѣніе которымъ Алексѣй Шебунинъ введенъ не былъ, и что, слѣдовательно, дѣти его не обязаны платить его долговъ, по силѣ 1262 ст. X Т. Св. Зак. Гражд. Изъ представленной къ дѣлу копіи съ рѣшенія Кронштадтскаго Городоваго Магистрата 11 Іюля 1861 г., видно, что по смерти купца Степана Шебунина, принадлежавшій ему деревянный домъ въ г. Кронштадтъ достался по раздѣльному акту, учиненному въ 1835 г., съ прочими наслѣдниками, вдовѣ его и дѣтямъ, въ томъ числѣ и сыну Алексѣю; что впослѣдствіи, когда вмѣсто этого дома, истребленнаго пожаромъ, выстроенъ былъ новый, и между тѣмъ Алексѣй Шебунинъ умеръ, по просьбѣ матери его и другихъ сонаслѣдниковъ состоялось 19 Іюля 1861 года рѣшеніе Магистрата, коимъ постановлено: къ вышеупомянутому, прежде деревянному, а нынѣ каменному дому утвердить наслѣдниками въ законныхъ частяхъ: вдову Степана Шебунина Анну Кузьмину, дочь ея Екатерину, сыновей Александра и Ивана и въ лицѣ умершаго Алексѣя дѣтей его, дочь и двухъ сыновей, съ возложеніемъ на нихъ обязанности, изображенной въ 1259 ст. Т. X Св. Зак. ч. 1. Мировой Судья, по разсмотрѣніи представленныхъ къ дѣлу доказательствъ,
— 881 —
нашелъ, что Алексѣй Шебунинъ при жизни своей хотя и не былъ введенъ во владѣніе домомъ, оставшимся послѣ отца его, но пользовался доходами этого дома и управлялъ имъ, какъ старшій братъ, что по 1261 ст. X Т. Св. Зак. Гр. считается принятіемъ наслѣдства. Изъ этого слѣдуетъ, что Алексѣй Шебунинъ наслѣдство отъ отца своего принялъ, а послѣ его смерти это наслѣдство перешло къ его дѣтямъ, и потому они, по силѣ 1259 ст. X Т. Св. Зак., должны платить долги отца своего соразмѣрно наслѣдственной ихъ долѣ. По симъ соображеніямъ и на основаніи 70, 81 и 129 ст. Уст. Гр. Суд. и 1259 и 1260 ст. X Т. Св. Зак. Гр., Судья опредѣлилъ: съ наслѣдниковъ Алексѣя Шебунина взыскать въ пользу Блинова 350 рублей. Въ апелляціонной на это рѣшеніе жалобѣ, поданной Петергофскому Съѣзду Мировыхъ Судей, опекунъ Иванъ Шебунинъ излагалъ, что наслѣдники Степана Шебунина приступили къ утвержденію правъ своихъ по смерти Алексѣя, что потому дѣти его наслѣдовали не по немъ, а по своемъ дѣдѣ, слѣдственно не обязаны платить долговъ отца; если же Алексѣй управлялъ при жизни общимъ имѣніемъ, то это происходило изъ довѣрія къ нему; наслѣдства же онъ по узаконенному порядку не получилъ, и не имѣлъ надобности отказываться отъ него. При разсмотрѣніи дѣла на Съѣздѣ, Товарищъ Прокурора изъяснилъ, что, на основаніи 1227 ст. Т. X Св. Зак. ч. 1, право наслѣдованія перешло послѣ отца, Степана Шебунина къ сыну его, Алексѣю Шебунину, который управлялъ и пользовался наслѣдствомъ во время жизни своей. Вводъ во владѣніе прямыхъ наслѣдниковъ къ родовымъ имѣніямъ не обязателенъ. На основаніи же 1266 ст. того же тома Алексѣй Шебунинъ не отрекался отъ наслѣдства. Съѣздъ призналъ рѣшеніе Мироваго Судьи правильнымъ и утвердилъ оное. На это рѣшеніе Иванъ Шебунинъ принесъ кассаціонную жалобу, въ которой излагаетъ, что по смерти Степана Шебунина, наслѣдники его, безъ заявленія правъ къ его наслѣдству, пользовались его имуществомъ нѣсколько лѣтъ, а Алексѣй, какъ изъ старшихъ лицъ, по довѣрію отъ родительницы своей, распоряжался симъ имуществомъ, но не объявлялъ ни имъ, ни суду о принятіи такого наслѣдства. По смерти его наслѣдники Степана Шебунина предъявили права свои, и въ родословной показали сына его Алексѣя умершимъ, не для того, что онъ наслѣдникъ по принятіи ранѣе наслѣдства, а для того, чтобы доказать законность правъ внуковъ къ дѣду по умершемъ сынѣ его. Даже въ рѣшеніи Магистрата сказано, что утверждаются дѣти Алексѣя не въ лицѣ его, а только лишь какъ внуки. Изъ сего оказывается, что Съѣздъ, отказавши ему, на основаніи ст. 1127 X Т. Св. Зак., неправильно истолковалъ смыслъ этой статьи; почему Шебунинъ проситъ объ отмѣнѣ рѣшенія Съѣзда. Противъ жалобы Шебунина со стороны Блинова представлено повѣреннымъ его объясненіе, сущность котораго состоитъ въ томъ, что Алексѣй Шебунинъ вступилъ въ наслѣдство послѣ своего отца, распоряжался онымъ въ теченіи 41 г., по собственному произволу, а не по довѣренности прочихъ наслѣдниковъ, чего по дѣлу не доказано; что онъ Алексѣй Шебунинъ отъ правъ наслѣдства не отказывался; что рѣшеніемъ Магистрата на дѣтей его возложена обязанность платить долги его, и что приводимая въ кассаціонной жалобѣ Шебунина 1127 ст. Т. X Св. Зак. не относится къ настоящему дѣлу.