304.—1867 ГОДА АВГУСТА 31-ГО ДНЯ. По кассаціонной жалобѣ мѣщанки Александры Козловой на рѣшеніе Пошехонскаго Съѣзда Мировыхъ Судей.
(Предсѣдательствовалъ за Первоприсутствующаго и докладывалъ дѣло Сенаторъ Князь Ю. А. Долгорукій; заключеніе давалъ Оберъ-Прокуроръ Д. Г. фонъ-Дервизъ.)
Купецъ Александръ Серебряковъ нанялъ по контракту, явленному у маклера
— 559 —
12 Января 1866 года, лавку у купца Пермякова и дочери его мѣщанки Козловой, срокомъ на 4 года, съ платежемъ по 75 р. въ годъ. По смерти Александра Серебрякова, сыновья его Петръ и Рафаилъ 31 Декабря того же года вывезли изъ лавки товаръ и прислали Пермякову ключи отъ нея съ приказчикомъ, чрезъ котораго заявили, что болѣе они не желаютъ занимать лавку. Вслѣдствіе этого Пермяковъ обращался къ Мировому Судьѣ съ просьбою понудить Серебряковыхъ къ выполненію договора. Но Мировой Судья, заключивъ, что Пермяковъ принятіемъ и оставленіемъ у себя ключей заявилъ о своемъ согласіи на уничтоженіе контракта, опредѣлилъ въ искѣ Пермякову отказать. На это рѣшеніе Пермяковъ жаловался Мировому Съѣзду Пошехонскаго округа. Но и Съѣздъ призналъ соображенія Мироваго Судьи правильными, присоединивъ къ нимъ еще слѣдующія: 1) что Серебряковъ, по его показанію, получилъ до отказа отъ лавки согласіе на то Пермякова и 2) что личныя обязанности, принятыя на себя Серебряковымъ по контракту его съ купцомъ Пермяковымъ, обязательны только для него и со смертью его прекращаются, тѣмъ болѣе, что о переходѣ обязанностей по этому контракту на наслѣдниковъ Серебрякова ничего не сказано и нарушеніе договора не обозначено неустойкою. На основаніи этихъ соображеній и руководствуясь 1544 и 1554 ст. Х. Т. 1 ч. Съѣздъ утвердилъ рѣшеніе Мироваго Судьи. За смертію Пермякова, дочь его мѣщанка Козлова подала въ Кассаціонный Департаментъ просьбу объ отмѣнѣ рѣшеніи Мироваго Съѣзда, объясняя: 1) что отвѣтчики ничѣмъ не доказали своихъ возраженій, слѣдовательно Мировому Судьѣ не было повода отказывать въ искѣ; 2) что рѣшеніе Съѣзда основано на неправильныхъ соображеніяхъ и имъ примѣнены къ настоящему дѣлу законы, относящіеся не къ найму имущества, а къ личному найму, гдѣ естественно и не можетъ быть преемственности обязанностей и правъ отъ контрагентовъ къ ихъ наслѣдникамъ.
По выслушаніи заключенія Оберъ-Прокурора Правительствующій Сенатъ находитъ, что первое изъ приведенныхъ въ просьбѣ Козловой возраженій, какъ относящееся до существа дѣла, не подлежитъ обсужденію Правительствующаго Сената, такъ какъ право оцѣнки доказательствъ принадлежитъ Съѣзду (ст. 5 Учр. Суд. Уст., 11 и 129 ст. Уст. Гр. Суд.) Обращаясь за симъ къ указываемымъ Козловою нарушеніямъ законовъ въ рѣшеніи Съѣзда, Правительствующій Сенатъ находитъ: 1) Мировой Съѣздъ на основаніи 1544 ст. Х. Т. 1 ч. не призналъ для наслѣдниковъ Серебрякова обязательнымъ контрактъ на наемъ помѣщенія для лавки. Такимъ образомъ Съѣздъ отнесъ договоръ о наймѣ помѣщенія къ договору личнаго найма и примѣнилъ въ нему ст. 1544 Т. Х. ч. 1, которая установляетъ, что договоры о дѣйствіяхъ личныхъ, какъ то: о наймѣ въ услуги и тому подобные, почитаются обязательными единственно для лицъ, заключившихъ оные, не распространяясь на ихъ потомство. Но договоръ о наймѣ помѣщенія въ домѣ, т. е. о наймѣ имущества очевидно не есть договоръ о личномъ дѣйствіи, а есть договоръ объ имуществѣ. Въ ст. 1543 Т. Х. ч. 1 объ этихъ договорахъ постановлено, что они имѣютъ равное дѣйствіе, какъ на обязаншееся лицо, такъ и на его наслѣдниковъ. Посему Правительствующій Сенатъ признаетъ, что Съѣздъ, отнеся къ договорамъ о дѣйствіяхъ личныхъ договоръ о наймѣ имущества и при-