94.—1867 г. марта 30 дня. По дѣлу Орѣшниковъ.
(Предсѣдательствовалъ Сенаторъ А. Д. Башуцкій; докладывалъ дѣло Сенаторъ А. П. Войцеховичъ; заключеніе давалъ Оберъ-Прокуроръ Д. Г. фонъ-Дервизъ.)
Присяжный Стряпчій Надворный Совѣтникъ Петровскій, по довѣренности художника Александра Орѣшникова, проситъ объ отмѣнѣ состоявшагося 7-го Ноября прошлаго года на С.-Петербургскомъ Столичномъ Съѣздѣ Мировыхъ Судей рѣшенія по дѣлу довѣрителя его съ воспитателемъ 1 С.-Петербургской Гим-
— 155 —
назіи, Георгомъ Бойе. Обстоятельства дѣла сего, какъ видно изъ прошенія Петровскаго и изъ копій рѣшенія Съѣзда, состоятъ въ слѣдующемъ: Бойе далъ взаймы Яхтману 350 руб. сер. срокомъ на одинъ мѣсяцъ, въ чемъ и получилъ отъ Яхтмана два заемныя письма 3 Апрѣля 1857 г.; а 24-го Августа 1860 г., надписями на этихъ письмахъ, право полученія по онымъ денегъ Бойе передалъ Орѣшникову. Петровскій объясняетъ, что Бойе входилъ къ Мировому Судьѣ 22 участка г. С.-Петербурга съ жалобою на неправильное присвоеніе Орѣшниковымъ упомянутыхъ заемныхъ писемъ. Мировой Судья, по выслушаніи сторонъ и по разсмотрѣніи представленныхъ ими доказательствъ, нашелъ, что Бойе передалъ заемныя письма Орѣшникову въ полную собственность, что сверхъ того Бойе письменно просилъ Орѣшникова о продажѣ ихъ за сумму хотя бы менѣе 100 руб. и наконецъ, что между ними, при передачѣ заемныхъ писемъ, не было сдѣлано никакого условія, по которому право Орѣшникова было бы ограничено. По симъ причинамъ Мировой Судья, на основаніи 81 ст. Уст. Гражд. Судопр. отказалъ Бойе въ его искѣ.—Петровскій къ кассаціонной просьбѣ не приложилъ копіи съ рѣшенія Мироваго Судьи и объ этомъ рѣшеніи не упоминается и Съѣздомъ, въ рѣшеніи 7-го Ноября, съ котораго Петровскій представилъ копію. Рѣшеніе Съѣзда 7-го Ноября изложено такимъ образомъ: «Съѣздъ находитъ, что по словамъ самого Бойе векселя Яхтмана были переданы имъ въ собственность Орѣшникова; по этому правильность расчета, который по нимъ послѣдовалъ между Орѣшниковымъ и Яхтманомъ не можетъ подлежать никакому опроверженію со стороны Бойе. Что же касается до вопроса, оконченъ-ли расчетъ Орѣшникова съ Бойе за пріобрѣтеніе отъ него означенныхъ векселей въ собственность, то Съѣздъ нашелъ, что дѣйствительное неоконченіе расчета между ними очевидно, какъ изъ письма Бойе 1861 г., такъ и изъ расчетной его росписки 1862 г., изъ разновременности послѣдующихъ платежей, изъ различныхъ проектовъ соглашеній сторонъ и наконецъ изъ отсутствія всякой письменной по сему предмету сдѣлки и неточности словеснаго договора. Признавая посему за Бойе право на полученіе отъ Орѣшникова уплаты за пріобрѣтеніе отъ него векселей Яхтмана и имѣя въ виду, что по симъ векселямъ Орѣшниковъ получилъ 354 р. 15 коп., а въ счетъ уплаты за нихъ отдалъ Бойе 50 р. и что Бойе самъ не отвергалъ за Орѣшниковымъ права на полученіе 120 р., Съѣздъ опредѣлялъ взыскать съ Орѣшникова въ пользу Бойе остальные 184 р. 15 коп. Просьбу объ отмѣнѣ этого рѣшенія Петровскій основываетъ на нарушеніи въ ономъ прямаго смысла закона и порядка судопроизводства. Нарушеніе смысла законовъ, по объясненію Петровскаго, заключается въ томъ: 1) что представленнымъ доказательствомъ, силу которыхъ опредѣляетъ законъ, дано несоотвѣтственное закону значеніе. По силѣ 534 ст. X Т. Св. Зак. ч. 1, всякая движимость, а потому и заемныя письма, почитаются собственностью того, кто ими владѣетъ, доколѣ противное не будетъ доказано; обязательства же, о коихъ идетъ дѣло, были переданы Орѣшникову узаконеннымъ порядкомъ. 2) Съѣздъ по сознанію самого Бойе признавая, что обязательства переданы были Орѣшникову въ собственность, не смотря на это, возло-